Запуск нейронного Google Translate: вечер команды Brain

Адаптация ещё одного фрагмента статьи Gideon Lewis-Kraus «The Great A.I. Awakening» в The New York Times Magazine от 14 декабря 2016 года. Оригинал: https://www.nytimes.com/2016/12/14/magazine/the-great-ai-awakening.html. Адаптация русскоязычной версии — при поддержке English Geeks.

Празднование

В сентябре 2016 года команда Google Brain закончила работу, которая шла полтора года: новая нейронная архитектура для перевода прошла внутренние тесты и впервые была выкачена в продакшен. Тысячи человеко-часов исследований и инженерии сошлись в одном моменте — выложенной статье с 31 автором и тихом запуске сервиса для миллионов пользователей. По такому случаю в офисе Google Translate в Маунтин-Вью устроили небольшой приём.

Единственными двумя надёжными мерами времени в лишённой сезонов Кремниевой долине являются ротация сезонных фруктов в микрокухнях — от плуотов в середине лета до азиатских груш и фую-хурмы ранней осенью — и зигзаг технологического прогресса. Тёплым, почти до неприятности, понедельником в конце сентября статья команды наконец была опубликована. У неё было почти комичное количество авторов — 31. На следующий день члены Brain и Translate собрались, чтобы устроить небольшой праздничный приём в микрокухне Translate. Комнаты в здании Brain, возможно, в честь долгих зим их рассеяния, названы в честь мест на Аляске; тема оформления здания Translate — гавайская.

Гавайская вечеринка в офисе

В гавайской микрокухне обстановка располагала к отдыху:

• на одной стене висит фотография пляжа с немного зернистым изображением;
• небольшая сервировочная стойка выполнена в виде хижины с соломенной крышей, украшенная гирляндами из цветов леи, с чучелом попугая в центре;
• светильники на потолке сделаны так, чтобы напоминать бумажные фонарики;
• два редких частокола из бамбуковых жердей выстроились по бокам, словно столбы плохо защищённого тропического форта.

За бамбуковыми жердями стеклянные стены и двери выходят на ряды одинаковых серых столов по обе стороны. Тем утром прибыли новые толстовки с капюшоном в честь 10-летия Translate, и многие члены команды пришли на вечеринку со своих рабочих мест в новой экипировке. Они отчасти праздновали тот факт, что их десятилетняя коллективная работа с этого дня была отправлена на пенсию. В другом заведении эти новые толстовки могли бы стать костюмом скорби, но инженеры и компьютерные учёные из обеих команд, казалось, были довольны.

Первые результаты и реакция

Нейронный перевод Google наконец заработал. К моменту вечеринки тест компании для пары китайский-английский уже обработал 18 миллионов запросов. Один инженер из команды Translate бегал с телефоном в руке, пытаясь перевести целые предложения с китайского на английский с помощью альтернативы Baidu. Он радостно восклицал всем, кто хотел слушать:

«Если ввести больше двух иероглифов одновременно, он просто не успевает!» (Baidu утверждает, что пользователи никогда не сообщали о такой проблеме.)

Когда в последующие недели начали распространяться слухи, что Google внедрил нейронный перевод для пары китайский-английский, некоторые предположили, что это потому, что эта языковая пара была единственной, по которой у компании были приличные результаты. Все на вечеринке знали, что реальность их достижения станет ясна в ноябре. Однако к тому времени многие из них уже перейдут к другим проектам.

Тост за «ступенчатый прорыв»

Хьюз прочистил горло и вышел перед tikibar. На нём была выцветшая зелёная поло с мятым воротником, слегка украшенная в средней части тёмными полосами высыхающего пота. Были проблемы в последнюю минуту, а потом проблемы в самую последнюю минуту, включая очень большую ошибку измерения в статье и странный баг, связанный с пунктуацией, в системе. Но всё было решено — или, по крайней мере, достаточно решено на данный момент. Гости затихли.

Хьюз проводил эффективные и продуктивные совещания с низкой терпимостью к пустым разговорам или перешёптываниям, но значимость момента заставила его замешкаться. Он признал, что, возможно, растягивает метафору, но для него было важно подчеркнуть тот факт, начал он, что сам проект нейронного перевода представлял собой «сотрудничество между группами, которые говорили на разных языках».

Их проект нейронного перевода, продолжил он, представлял собой «ступенчатый прорыв» — то есть прерывистый прогресс, вертикальный скачок, а не плавную кривую. Соответствующий перевод был не только между двумя командами, но и из теории в реальность. Он поднял пластиковую полуфлейту с шампанским, которое выглядело дорогим.

«За общение, — сказал он, — и сотрудничество!»

Собравшиеся инженеры переглянулись и позволили себе небольшие сдержанные возгласы и аплодисменты.

Джефф Дин стоял недалеко от центра микрокухни, руки в карманах, плечи слегка ссутулены, вместе с Коррадо и Шустером. Дин понял, что существует некоторое расплывчатое пожелание, чтобы он внёс свой вклад в соблюдение торжественности момента, и он сделал это в своей характерной сдержанной манере — с лёгким, быстрым, лаконичным дополнением.

То, что они продемонстрировали, сказал Дин, это то, что они могут делать две большие вещи одновременно:

«Проводить исследования и внедрять их перед, не знаю, полумиллиардом людей».

Все засмеялись, не потому, что это было преувеличением, а потому, что это было правдой.